«Я свою задачу выполнил»: история бывшего милиционера Николая Белевцова из Червонопартизанска

Пять лет назад «Твой город» публиковал материал о выпускниках Червонопартизанской школы №14, которые отмечали 50-летие окончания учебного заведения. Именно тогда я и познакомилась с героем этого очерка. Энергичный, неунывающий, веселый, он рассказывал свою школьную историю настолько ярко, что нельзя было не удивиться. Редко какой правоохранитель может похвастаться таким талантом. Майор в отставке, Николай Яковлевич Белевцов работал около 10 лет оперуполномоченным милиции.

Для встречи с его семьей я приехала в село Панченково – вокруг простор, огромное голубое небо и поля до горизонта: место, где человек набирается сил от самой природы. Хозяин добротного дома встретил меня во дворе, где налился нектаром сочный виноград, сад радует плодами, в его глубине банька, которую, как и все во дворе,  он построил своими руками. В доме нас ждала Раиса Николаевна, жена  Николая Яковлевича, мягкий голос и обаяние которой покорили с первых минут общения. А когда я попробовала пирог, ею испеченный, поняла – она еще и добрая женщина. Такой воздушный и вкусный может испечь только человек, обладающий чистой душой.

Наш разговор Николай Яковлевич начал с рассказа о своих родителях. «Отец пришел с фронта с ранением – пулей в животе, работал в шахте, мама на водокачке, а нас трое детей – голые и босые – бегали после войны, но тогда в каждом дворе детей много было и потому – весело». Отцовскую парадную форму с множеством наград он показывал с особой гордостью, как реликвию. Я уверена, пройдут годы – его сын, а после и внук, будут бережно ее хранить.

Работа сутки­-двое

Хорошим офицером быть трудно, конечно, но я помнил наказ отца: старался не обижать людей. Служба шла сама собой, мне предлагали должность, я соглашался, но специально не стремился к повышению. Никогда не унижал людей, была возможность – премировал подчиненных.

Неразлучные выпускники СШ №14

В тяжелые, криминальные 90­-е мы все носили при себе оружие. Были случаи нападения на отделения милиции с целью захвата оружия: железные решетки и двери на отделах появились именно в то время. Что такое работа сыщика? Главное – общение с народом, ведь люди обо всем знают: слышали, видели что­-нибудь. Табу для сотрудника милиции – кому­-либо рассказывать о своем агенте, даже уже уйдя из органов – ведь это подвергает жизнь информатора смертельной угрозе. А еще запрещено быть судьей кому-­то. Большей частью о том, что было за годы службы, вспоминать не хочется, но курьезные ситуации случались. Не было такого дня, чтобы что­-то не случилось: убийства, грабежи, хулиганка, семейные ссоры. Любому хулигану делал только два предупреждения, на третий раз, если он не понимал, отправлял на 15 суток. Этого обычно хватало, чтобы одуматься. Но были и неисправимые – тунеядцы с разрушенной психикой. Их судьба, как в кино: украл, выпил – в тюрьму, круг общения решал многое. Было такое, что отец­-трудяга убил сына-­алкоголика, который обижал их с женой и жить не давал. А после похоронил его в своем же огороде. Не забудется нелепый и трагичный случай, когда один сотрудник случайно застрелил другого: его посадили, второго похоронили, а 13 человек уволили из милиции.

Нет в службе ни выходных, ни праздников, а есть усиления, бесконечные проверки и комиссии. Работали мы согласно закону, приказам, директивам, самодеятельности не было. И так всю жизнь. А в кино про ментов по большей части вранье показывают.

С такими людьми как Анатолий Валиков, Сергей Мирошниченко, Александр Булатов, Вячеслав Иващенко мы прошли много дорог в жизни. Они были настоящими профессионалами и прекрасными друзьями.

С 2000 года снова перешел на гражданские специальности. Одним приказом с братом Геннадием, будучи дежурным помощником начальника, ушел на пенсию по выслуге лет.

«Всю жизнь делал по-­своему»

– Родители Николая прожили вместе около 60 лет, по их примеру мы вместе уже 52 года, – вступает в разговор Раиса Николаевна. – По-­прежнему красивая, уравновешенная и мудрая, она, мне кажется, пример идеальной жены и хозяйки. – Выросли мы на одной улице, а познакомились, когда он в 16 лет пошел работать учеником автослесаря. Я была маминой, домашней девочкой. Девчата в селе удивлялись: «Как она с ним встречается, он же ни одного слова без мата не скажет?». Рядом со мной, дома, он был совсем другим. Что называется – абсолютно разные люди: он до предела взвинченный, а я до предела спокойная. Чтобы влюбиться, нам хватило двух раз пообщаться на лавочке в кругу друзей. Провела в армию, переписывались, поженились. Мне не страшно было доверить ему свою судьбу.

У нас был сначала мотоцикл, но Николаю сильно хотелось машину, а купить ее в те времена было почти невозможным из­-за очередей. И вот подъехала однажды ко двору машина, а в ее кузове еще одна, но полностью разбитая –  муж со свекром привезли покупку. Я как начала плакать! У кого же это можно было купить? Как оказалось, – у человека, который выиграл «Москвич» в лотерею. Пьяный водитель не справился с управлением и перевернулся 8 раз, машина, что называется – всмятку. Свекор был мастером по ремонту автомобилей, и муж ему под стать. Разобрав авто до болтика, они его собрали, и всего через месяц мы на нем всей семьей отправились отдыхать в Полтаву.

Наверное, потому, что Николай вырос в тесноте, была у него мечта построить большой дом. Я была категорически против таких масштабов, но он смотрел в будущее, надеялся, что здесь будут жить дети и внуки. Семь лет строил его практически своими руками. Сколько было перетаскано кирпичей и цемента, не пересчитать. Если уж кого-то и нанимал, то работал с ним наравне – месил и таскал раствор.

Коллектив лечебно-исправительного учреждения, 1985 год

Где бы муж ни работал, я в его характере и поведении никакого изменения не чувствовала. Он очень общительный человек, умел находить общий язык с людьми, всегда был в своей стихии. Николай всегда делал, как считал нужным, но ко мне тоже прислушивался.

Наша внучка от старшего сына взрослая – закончила вуз и уже работает. Выпускник школы, внук от младшего сына, который остался без отца в 11 месяцев, твердит всегда: «Я буду, как дед!». Он часто приезжает на выходные к нам в гости, помогает во всем, что необходимо, присматривается к тому, чем мы заняты, слышит наши разговоры. Раньше мечтал работать в полиции, но так увлекся спортом, что решил выбрать профессию по этому профилю. Уже составил себе план жизни: определился, во сколько лет женится, какие правила будут в его семье, каким он станет мужем и отцом. Говорит, что если у него родится мальчик – воспитает его в строгости. А вот на девочку никогда не крикнет, и у нее будут самые лучшие платья и бантики.

Лучшая служба в милиции – это когда на пенсии сидишь

Я теперь «комдивом» работаю – это значит командиром дивана. Первых пять лет на пенсии удивлялся – где же все те, кто спешил поздороваться, пожать руку, просил о помощи? Как вышел на пенсию – как отрезало, не стало друзей, понял цену той «дружбы».

По всему видать – обидели наше поколение: вклады советские забрали, ваучеры тоже, а теперь получаем с женой, у которой 25 лет педагогического стажа, пенсии по 10 тысяч, как можно жить на эти деньги? Почему же до сих пор никто не занимается перерасчетом пенсий ветеранов полиции? И почему я, отработав больше 50 лет на государство, должен терпеть хамское отношение в пенсионном фонде? У нас был приказ «О культурном и вежливом обращении с гражданами», и мы его выполняли. В свое время я вежливее с преступниками обращался, чем они сейчас с нами, пенсионерами. Судя по их поведению, у сотрудниц такого приказа нет. Но совесть должна быть.

И у тебя в гостях я замечаю…

Уходить из дома, в котором так много света и уюта, совсем не хотелось, разговор лился непринужденно, было выпито несколько кружек ароматного чая, съедена фруктовая пицца, испеченная и поданная хозяйкой. Она так ловко передвигалась на инвалидной коляске, невольно подтверждая – инвалидом может считаться только тот, у кого нет сердечности и души. По моему мнению, она относится к людям, о которых говорят – с большой буквы! Но наступал вечер – мне пора. Неудивительно, почему раньше в этом доме, по словам хозяев, «не закрывались» двери. Всего за несколько часов Николай Яковлевич и Раиса Николаевна, сами того не ведая, стали мне родными людьми.

– Пойдем, я тебе свой катер покажу! – с озорством в голосе пригласил меня мой новый друг. – Мы опустились огородом вниз по тропинке и оказались на берегу небольшого ставка. На нем круглый стол с лавочками для «заседаний». Катером оказался плот, который Николай Яковлевич построил не так давно всего за три дня из пустых бутылок и металлических уголков.

– Цепляю сбоку мотор от косы, тросиком «шморг», и поехали! Скорость всего 5 километров, а удовольствия море! – с восторгом заявил мужчина.

Видно, не меняется натура с годами – какой был в юности беспокойный, таким и остается.

Надежда Коломиец

***

Больше новостей — в Telegram-канале «Твой город»