Наша бабушка самая лучшая: о жительнице Суходольска Анне Басаргиной, которая сама воспитала шестерых внуков

В начале этого года, в семейном кругу отметили юбилей Анны Тимофеевны Басаргиной. Праздничный стол украшал красивый торт, который заказали внуки, а на нем надпись: «Для кого-то ты просто человек, а для нас ты – целый мир». Мало ли благодарных внучат придумывают трогательные сюрпризы и подарки для своих любимых бабушек, скажете вы. Но здесь ситуация нестандартная, особенная. Дело в том, что шестерых детей своей дочери: Леню, Сашу, Аню, Валю, Настю и Вику – она вырастила с пеленок сама.

Как живет эта семья, какими радостями и заботами, хозяйка согласилась нам рассказать. В панельном доме Суходольска меня встретила невысокая женщина с голубыми глазами, на руках которой выросли двое детей, шестеро внуков и теперь уже пять правнуков. Уставшая? Да, конечно. Но не печальная – это точно!

«Рукавичка»

Зайдя в обычную «трешку», я в первые минуты растерялась от того, сколько в ней было детей.

Все в комнате, как водится: мебель, ковры, а на стене фотографии хозяйки дома с еще маленькими внучками. Рядом – три свадебные, на которых счастливые молодожены в красивых нарядах: три старшие внучки в белых платьях выглядели по-­особенному, как и все невесты.

По словам хозяйки квартиры, всем здесь места хватает. А мне вспомнилась сказка о рукавичке, где тоже было много жителей. На мой вопрос о том, где же они все спали, Анна Тимофеевна рассеяно ответила: «Располагались все раньше как-­то…» Наверное, будучи всегда занятой, она и сама не поняла, как это было… Ее внучки стали рассказывать, как решался этот вопрос. Теперь уже в ногах у бабушки, как раньше это было, Настя не спит. Появилась дополнительная кровать, ведь Валя вышла замуж и уехала к мужу. Аня тоже живет с мужем, но периодически приезжает в гости.

Заботливые мамочки

Молоденькая, двадцатилетняя мама Аня надевает красивый наряд на крошечную малышку Валерию, одну из правнучек Анны Тимофеевны. Но она не самая младшая в семье, таким званием обладает правнучка, которая родилась накануне моего визита у внучки Вали. В этой же комнате стоит коляска, а в ней лежит карапуз Артемчик – сын самой старшей внучки 28­-летней Александры, рядом с которой ее дочь София. Знакомясь с хозяйкой дома и сразу с несколькими девочками, я, было, запуталась в именах и семейных связях, но ненадолго. Все домочадцы разных нравов и характеров, и это быстро помогло мне разобраться и запомнить их. Тем более что это, как оказалось, далеко не все, кто здесь живет. Позже пришли с улицы девятилетняя ясноглазая Вика и яркая, с бешеной энергетикой, 17-­летняя Настя. Она учится вместе с Аней на повара, и задатки лидера налицо. Гибкая и энергичная, ей предлагали учиться гимнастике, но она выбрала другой вид спорта – паркур. Огонь­-девчонка перечисляет названия упражнений, которые умеет выполнять на турнике, на перекладине подтягивается 25 раз.

Никуда не отдам

– В 42 года на моих руках оказалась трехмесячная Саша, а Леня тогда еще жил с родителями, – продолжает Анна Тимофеевна. – Одну из внучек дочь просто оставила и уехала. Глядя на то, что ей и зятю дети не нужны были, я забирала всех к себе. Решила, что даже если я буду ходить голодная, внуков не оставлю. И всех забрала к себе, потому что они – моя кровь. Тяжело было поначалу, но ничего, – привыкла. Я на работу еще ходила, а старшие тем временем нянчили младших.

Изящная Аня:

– Я помню, когда мне было 12 лет, мама приехала и оставила нам Вику, а ей было всего три недели… Мы все вместе ее нянчили, помогали бабушке и ходили с Валей в интернат учиться.

На мой вопрос о том, чем кормить ребенка без материнского молока, мне ответили:

– Кормили манкой или покупали «Малыш». С пяти месяцев уже шли в ход картошка и супы. Только в 2011 году, когда перешла на пенсию, оформила опеку. Мне пошли на уступки и оформили опекунство, потому что я стояла на своем: «Я своих внуков никуда не отдам». Проработала почти 40 лет штукатуром, но декретов и больничных ни разу не брала. Когда дети были маленькие, мне хорошо помог горисполком: пока я на работе, дети были в садике.

А их матери в это время было «море по колено» – пила горькую. Приходит иногда и теперь, с детьми почти не общается. Но и они привыкли к этому порядку: ни о чем с ней не советуются и не рассказывают о своей жизни. Они постоянно со мной, если вдруг что,  знают – у них есть бабушка! А если меня нет – есть старшая сестра.

Семья Анны Тимофеевны постепенно растет

Сейчас выплаты только на Вику и Настю по 10 тысяч рублей, да и раньше тоже платили по минимуму, кроме этого, никакой помощи. Правда, недавно приезжал депутат и привез ящик продуктов: мешок макарон, сахар, крупы, сладости. Это впервые после 2014 года, тогда все было сложнее. Не выплачивали пособия и пенсию, но спасибо, что добрые люди нам помогали. Мука и сахар были, пекла оладьи, пышки. Мяса не было, но косточку для бульона покупала – голодным никто не был. На рынке входили в мое положение, давали в долг вещи и обувь для детей – знали, что я отдам. Дети дополнительных проблем мне не создают, они все разные, но для меня добрые и хорошие. Все бывает, как в обычной семье, но они не балованные, у нас никто ничего не требует. Мы с Сашей видим, что им надо купить, и берем по мере своих возможностей. Я с внуками строго, если есть за что – покричу, а Саша после спрашивает: «Ну что, помогло, что ты кричала?». Внуки росли здоровыми, никто из них не знает, что такое больница, младшенькую только раз возили на осмотр. А так, как вижу, что приболели, бегу в аптеку за лекарствами и сама лечу – я здесь главный врач. А у меня из болячек только микроинсульт недавно случился. Саша увидела, что со мной что-­то происходит, и отвезла к доктору, стала колоть уколы, на третий день отпустило. Таблетки от давления пью только тогда, когда сильно плохо, но в больницу не хожу, у меня даже карточки медицинской нет.

Мой вопрос об уединении, времени для себя и покое Анна Тимофеевна откинула:

– Я привыкла, что дети всегда со мной, и по­-другому не знаю как. Вот Саша доделает ремонт, девчата к мужьям разъедутся, не знаю, как я буду, привыкла к правнукам – пусто будет в квартире. Дочка, я думаю, не одумается уже, вдруг что со мной случится – все на Саше окажется. Она мне сейчас больше всех помогает – готовка еды полностью на ней.

Семь Я

В разговор вступила Саша:

– Сейчас готовлю ежедневно на семерых и только на один раз, иног­да первое блюдо может остаться на завтра. Кастрюли большие, по 3­-5 литров. У нас с бабушкой, до моего замужества, был общий бюджет, в месяц, наверное, минимум тысяч 15 на продукты уходит. Цены кусаются, но есть все равно надо, поэтому и в магазин ходим ежедневно. Огород у бабушки есть, маленький, правда – это ее отдушина. Сажает всего понемножку: огурцы, помидоры. Но мы почти не едим то, что вырастет, – урожай воруют. Помидоры – еще зелеными, не дожидаясь спелости. А мне обидно за ее труд.

Все с удовольствием едят то, что я приготовлю. Любят макароны и картошку с подливой, каждый день обязательно мясо или рыба. Считаю, что мы не хуже всех живем. Скоро буду жить отдельно, но за бабушкой и младшими все равно буду присматривать.

Не было бы бабушки…

В процессе разговора, я поняла, что статус старшей у Саши не только по возрасту. Она взяла на себя обязанности и ответственность за всех, живущих под этой крышей, включая бабушку.

– Был период, когда меня заб­рали на воспитание родственники, и вот четвертый год, как я снова с бабушкой. Тогда она меня передала своей сестре в надежде, что там у меня будет больше перспектив. Да, действительно, я выучилась и стала, как и мечтала, медсестрой, сейчас работаю по специальности. Не знаю, как бы сложилась моя жизнь, останься я здесь, но мои опекуны были людьми очень строгими. Сколько я слез пролила за семь лет, что там жила… Опекун, морально подавляя, постоянно унижал меня. Разница между их детьми и мной была колоссальная: например, мне покупалась, куртка за 1000 гривен, а своему ребенку – в пять раз дороже. Немалые деньги, что высылала им бабушка на мое содержание, я не видела. На неделю мне выдавали 150 гривен, в эту сумму входила стоимость проезда в медучилище. Карту, на которую перечислялась стипендия, я тоже не видела – своего у меня там ничего не было. Одна только мысль была все эти годы в голове: «Скорее бы 18 лет и уйти из этого дома, где мне не доверяли, и где я была совсем не нужна». Так и случилось: по достижению совершеннолетия я переехала жить в общежитие.

Но все к лучшему. Какое бы отношение ко мне ни было, я благодарна своим опекунам, здесь бы я не получила эту специальность. Приехав из Украины, пошла родителей проведать, а мама даже не пустила в дом. Но сюда в гости приходит, правда, когда ей что­-то нужно: голодная или 100 рублей поп­росить. Все равно жалко ее – даем деньги, кормим. Папа, уже пенсио­нер, с нами общается, изменил свой образ жизни, закодировался. Иногда срывался, а сейчас, даже при том, что недавно был повод напиться, не сделал этого. Говорит, «свою водку выпил», и это нас всех радует. Он рассказывал, что сейчас мама нашла подработку. Родители уже в таком возрасте, что уже они нуждаются в нашей помощи. Если понадобится, будем помогать – куда же их девать?

Мне кажется теми словами, что были написаны на торте – все сказано. Не было бы бабушки, не знаем, где бы мы оказались.

Надежда Коломиец

***

Больше новостей — в Telegram-канале «Твой город»